магические движения рук и ног, сетка при¬цела. Даже не различаешь рева мотора. Ка¬жется, гудит в голове и пушки стучат в вис¬ках...
— Братцы!.. Он сел! Хечян жив... Бежит,—
радостно завопила рация.
В эту минуту зычный голос Ивлева про¬гремел в наушниках:
— Слушай команду! Ни одного «фоккера»
не подпускать близко к земле... Хечяна под¬
бирают «илы»!..
На какой-то миг я отыскал глазами зеле-*ную луговину. Машина Хечяна уже на земле, пылает сплошным огнем, фыркает яркими вспышками. Рвется боекомплект. По направ¬лению к лесу бежит человек. Это он... Над ме¬стом приземления Хечяна кружатся «илы», а один действительно заходит на посадку...
Все, что произошло потом, совершилось на¬столько быстро, что мы и сами были пора¬жены. Пока мы отсекали вражеским истреби¬телям путь к земле, а штурмовики стали в крут и обстреливали автомашины, прибли¬жавшиеся к месту горящего самолета, один «Илюшин» приземлился и подрулил к Хечя-ну. Тот взобрался в кабину стрелка. Штур¬мовик дал газ и пошел на взлет. Он стал на¬бирать высоту с таким спокойствием, словно ему уже не впервой проделывать во враже¬ском тылу такие вещи.