Моторы ревут, выжимаем мощность до по¬следней крошки. Он — вираж, я — за ним. Только гашетки нажал, а его уже в прицеле нет. Потом, вижу, попал: из хвоста «фокке¬ра» потекла струйка дыма. Жиденькая такая струйка. А рядом Витька из другого «фокке¬ра» дым пустил. Ну, думаю, готовьте, немцы, парашюты... Нам домой спешить надо, сумер¬ки, видимость с каждой минутой исчезает. Повернули домой, на душе радостно — бой был крепкий. Случалось, в бою так сближал¬ся с «фоккером», что даже видел, как само¬лет его разрисован. Сбоку змея большая из¬вивается, а от свастик весь фюзеляж рябой...
— Да это же Гешке! — воскликнул Яшка.
— Что за Гешке?
— Имперский ас Германии. Эх, отстал ты,
Мороз, от жизни! Ну, давай дальше, потом
расскажем...
— Не знаю, Гешке или не Гешке — доку¬
ментов у него не проверял, только, братцы,
когда мы уже отлетели от того места, где
был бой, смотрю, снизу откуда-то трасса. Са¬
молет Виктора камнем к земле. Так в землю
и врезался. Не выпрыгнул Витя...
У меня тоже что-то неладно с управлени¬ем, баранка заедать стала, попала, видно, и в мою машину очередь, но мотор, как зверь, работает. Сжал баранку и в атаку. А два «фоккера» наутек. Нет, думаю, догоню! Лоп¬ну, а догоню. Я все ближе и ближе. Вот-вот подойду на дистанцию верного огня. Смог-рю—опять разрисованный! Опять змея и рябизна свастик. Ну, точно, как тот! Но ведь